?

Log in

No account? Create an account

Предыдущая запись | Следующая запись

Памятник Фирдоуси в Тусе, провинция МешхедРождение в Паже
Мансур, сын Хасана, который потом прославился как Хаким Абулькасим Фирдоуси, родился в 940-41 гг. году в Паже - одном из исторических селений Туса. Низами Арузи в своей книге «Чахар макале» пишет: «Великий поэт Абулькасим Фирдоуси происходил из дехкан (землевладельцев) Туса, из деревни, которую называют Баж (Паж). Это большая деревня, из нее набирают тысячи воинов».
Итак, отец Фирдоуси был из землевладельцев Туса. Дехкане были богаты, и даже после прихода арабов в Иран смогли сохранить свое положение и величие. Амир той области имел сад под названием «Фирдоус», в котором отец Мансура был садовником, поэтому его семья и получила имя Фирдоуси.

Земледелие
О детстве и молодости Фирдоуси нам почти ничего не известно. Рассказывают, что он также вначале работал с отцом, занимался земледелием, и потому разбогател. Низами Арузи пишет: «Фирдоуси пользовался в этой деревне полным достатком и, благодаря доходам от своих земельных участков, ни от кого из себе подобных не зависел».
Об учебе и учителях Фирдоуси мы тоже ничего не знаем. Но, судя по результату его трудов, великолепной поэме «Шах-наме», он получил хорошее образование, и многие годы посвятил изучению мудрости и истории.

Величественный дворец поэзии
Фирдоуси был мастером красноречия. Он собрал большой исторический материал и начал писать «Шах-наме» - приступил к сочинению эпоса иранского народа. Он смолоду любил предания и сказки, сам начал сочинять дастаны (рассказы) и изложил в стихах такие известные предания, как «Бижан и Маниже», «Сухраб», «Акван-див», «Сражения Pycтама» и другие. В своей работе он использовал такие книги, как «Гуштасп-наме» Дакики и «Шах-наме» в прозе, принадлежавшую перу Абу Мансури. В то время Фирдоуси было примерно 40 лет, и последующие 30 лет своей жизни он посвятил этой работе. Писатель подарил иранскому народу и мировой литературе бессмертное произведение.

«Шах-наме» Фирдоуси состоит из 60 тысяч бейтов (стихотворений), и тема его - история Ирана, с начала и до времени нашествия арабов-мусульман и падения Сасанидов. Писатель разделил эту эпоху на 50 частей и описывал события перечисляя несколько составляющих: мифологическую, героическую и историческую. Разумеется, Фирдоуси не сочинял стихи «Шах-наме» в том порядке, в каком они выстроены в настоящее время, он работал постепенно, по воле вдохновения, и лишь в конце собрал и соединил все стихотворения. «Шах-наме» содержит не только исторические, но и морально-дидактические материалы.

Это произведение занимает такое положение в истории персидской литературы, что его считают «словарем персидского языка». Описание событий производит очень сильное впечатление, автор особенно талантливо передает картины сражений. «Шах-наме», хотя и является очень большой книгой, в изложении проста и лаконична. В связи с тем, что в ней отражены и народные обычаи, «Шах-наме» имеет большое значение для изучения культуры иранцев в разные времена.

Одним из самых больших преимуществ Фирдоуси в сравнении со многими поэтами является строгое следование принципам морали, так как он сознательно не использовал в «Шах-наме» ни единого непристойного слова, и в описании исторических событий был честен.
«Шах-наме» - вечное произведение, значение которого не смогли уменьшить прошедшие века. То, что писал Фирдоуси в «Шах-наме» - лучшая похвала этой книге:
А я из строф моих воздвиг такое зданье,
Что входит, как земля, в Господне мирозданье.

Перевод И.Сельвинского

Памятник на площади Фирдоуси в ТегеранеПри дворе в Газне
Фирдоуси первую редакцию «Шах-наме» завершил в 994-95 гг. В начале своей работы над поэмой он пользовался материальной и духовной поддержкой правителя Туса и других знатных людей города. Но долгие годы, которые он посвятил сочинению «Шах-наме», разорили писателя, и после окончания книги он стал нищим. Несмотря на то, что его стихотворения и рассказы были известными всему народу, его никто не поддержал. Он в отчаянии писал:

О судьба, /ты меня/ подняла так высоко на небосвод.
Когда я постарел, почему меня сделала несчастным?!
Когда я был молодым /ты/ меня предпочитала.    
В старости оставила меня в унижении.
Вместо узды время дало мне посох.
Все имущество рассыпалось, и пришло несчастье.


У Фирдоуси был сын, которого судьба забрала у него. Это событие умножило печаль поэта. Испытывая душевные мучения и погружаясь в нищету, он решил вручить «Шах-наме» знатному амиру с надеждой поправить свое положение. Султан Махмуд Газнави, известный амир Газнавидов, который правил Хорасаном и Мавераннахром и во время своих военных походов добрался до самой Индии, привлек к себе внимание поэта. Поэтому Фирдоуси через 10 лет после окончания первой редакции «Шах-наме», приступил к пересмотру книги. Он добавил в книгу имя султана Махмуда, стихотворения, восхваляющие его, и некоторые главы, а также подготовил новую редакцию «Шах-наме». Это было примерно в 1009-1010 гг. В это время поэт из Туса писал:

Так много трудился за эти тридцать лет,
Для тех, кто не араб, на таком персидском языке возрождал.
По хиджре был год пять восемьдесят раз,
Когда я сочинил эту царскую книгу.


Вот что пишут исторические источники: «Фирдоуси взяв с собой «Шах-наме», отправился во двор - в Газну (Газна - город в центре современного Афганистана, развалины которого в наше время находятся вблизи города Газнейн - прим. переводчика). После завершения книги автор хотел вручить ее султану Махмуду. Однако это закончилось неблагополучно, и по воле судьбы добавило Фирдоуси еще больше печали».

Известен рассказ о том, как Фирдоуси приехал в Газну и встречался на собрании с такими знаменитыми поэтами двора султана Махмуда, как Унсури, Асджади и Фаррухи. Они не знали, кто такой Фирдоуси. И предложили: «Каждый из нас скажет одну строку рубаи. Если оФирдоуси сможет сочинить четвертую строку, ему позволят находиться в этом собрании поэтов». Фирдоуси согласился. Потом поэты стали произносить строки, в таком порядке:

Унсури:
Даже луна и та тусклее лица твоего,
Асджади:
Равной твоей щечке нет розы в цветнике.
Фаррухи:
Ресницы твои пронзают кольчугу,
И тогда Фирдоуси с красноречием добавил:
Как стрелы Гива в его битве с Пашаном.


Рассказывают также, что тогда поэты узнали Фирдоуси, повели его во двор султана Махмуда, и Фирдоуси вручил тому «Шах-наме» и прочитал свои стихотворения, восхваляющие его. Услышав это, Махмуд обрадовался и решил наградить поэта. Однако на этом дело не закончилось. Низами Арузи в своей книге «Чахар макале» продолжение этого события описывает так: «Махмуд с этими людьми держал совет: "Что нам следует дать Фирдоуси?" Они сказали пятьдесят тысяч динаров. Да и то слишком много, ибо он еретик-рафизит и сторонник безбожного мутазалитского толка.... А султан Махмуд был фанатик, эти слова навели на него сомнения, и он внял им».

Битва Рустама и Эсфандийра - двух героев Шах-намеВражда султана Махмуда с Фирдоуси
Махмуд считал недостатком Фирдоуси то, что он был шиитом и, угрожая, хотел, чтобы он отвернулся от шиизма и любви к имаму Али. Но Фирдоуси рассердился и ответил стихотворением с угрозой султану:

Секирой палача свободу одолев,
Ты пса во мне искал. Но пред тобою - лев!
Я знаю: шептуны злорадно донесли.
Что для меня пророк - отверженный Али!
Хотя б меня б сожгли, иль посадили на кол –
Не только Мухаммед, но и Али - мой факел!

Перевод И.Сельвинского

Другим причиной столкновения султана Махмуда и Фирдоуси стал вопрос национальности. Махмуд был турок по происхождению, не был иранцем, Фирдоуси же был сочинителем эпоса и гордостью персоязычных иранцев. Поэтому султан Махмуд стремился пордемонстрировать, что герои «Шах-наме» малозначащи. В книге «Тарих-е Систан» об этом приведен интересный рассказ:

«Предание о Рустаме таково, что Абулькасим Фирдоуси вложил ее в стихи... Махмуд сказал: "Все «Шах-наме» - ничто, кроме сказаний о Рустаме. А в моем войске тысячи таких, как Рустам". Абулькасим ответил: "Пусть долго живет повелитель! Не знаю, сколько в твоем войске таких воинов, как Рустам, но я знаю, что бог не создал другого такого богатыря, как Рустам". И, поклонившись, он ушел».

Бегство из Газны
Султан Махмуд, оказавшийся врагом Фирдоуси, отдал ему только 20 тысяч дирхемов. Фирдоуси рассердился на это, пошел в баню, и деньги эти разделил между банщиками. Он знал, что султан будет преследовать его и захочет наказать, поэтому быстро убежал из Газны. Махмуд и впрямь отдал приказ преследовать его. Низами Арузи пишет так: «Фирдоуси хорошо знал жестокость Махмуда. Он ночью ушел из Газны... шесть месяцев скрывался, пока посланцы Махмуда не достигли Туса и не вернулись обратно. Когда Фирдоуси оказался в безопасности…, он направился в Тус».

Во дворце Але-Баванд
Из Туса Фирдоуси отправился в Табаристан к полководцу Шахрияру, одному из падишахов династии Баванд, и Шахрияр встретил его со всеми причитающимися почестями. Фирдоуси в Табаристане сочинил сатиру на Махмуда, в которой раскритиковал султана за недостойное поведение при встрече с ним и намекнул, что в неприязни султана виновно незнатное происхождение самого Фирдоуси:

Если бы у шаха отец был шахом,
На мою голову надел бы корону шахскую.
Если бы мать у шаха была шахиней,
Меня осыпала бы до колен серебром и золотом.
Так в происхождении его нет величества.
Не сможет /спокойно/ слушать имена великих…


Фирдоуси через некоторое время вернулся в Тус и опять начал редактировать «Шах-наме». Таким образом, последние годы своей жизни он был занят редактированием своего знаменитого труда.

Старость и нищета
Последние годы жизни Фирдоуси прошли в Тусе в печали. В это время он писал, что старость и нищета надоели ему:

Мои уши и ноги насовсем ослабли,
Несчастье и годы забрали мои силы.
Однако на этом события вокруг Фирдоуси не закончились.


Симорг - мифическая птица из Шах-наме, в музее мавзолея Фирдоуси в ТусеЗавершение «Шах-Наме»
Рассказывают, что султан Махмуд в одном из походов в Индию, написал письмо одному из амиров Дели. После этого он как-то сказал своему визирю, ходже Ахмеду Хасану Мейманди, который был одним из поклонников Фирдоуси: «Если ответ будет не таким, каким мы хотели, что будем делать?». Ходжа в ответ ему прочитал стих Фирдоуси:

Если ответ придет вопреки моему желанию,
Я и палица, поле /боя/ и Афрасияб!


Султан, который пораженный красотой стихотворения, спросил имя поэта. Когда он услышал, что оно принадлежит Фирдоуси, то решил загладить свой неблагородный поступок. Поэтому после возвращения из похода приказал выделить 60 тысяч динаров - по количеству бейтов «Шах-наме» - и отвезти их Фирдоуси, как вознаграждение за книгу. Низами Арузи пишет, что Махмуд приказал отвезти 60 тысяч динаров на султанских верблюдах в Тус и попросить прощения у поэта. Султанские верблюды отправились из Газны в Тус.

Однако судьба сыграла с Фирдоуси злую шутку: ему так и не суждено было получить вознаграждение за свой огромный труд. Пока верблюды ехали в Тус, великий поэт скончался (в 1020-1021 гг.). По случайности прибытие султанских верблюдов совпало по времени с похоронами поэта. Верблюды вошли через ворота Рудбар, а в это время через ворота Разан из города выносили носилки с телом Фирдоуси.

Однако религиозная война с Фирдоуси не кончилась. Фанатики даже не позволили, чтобы тело поэта похоронили на общем кладбище. Низами Арузи пишет: «В это время... был один ученый богослов. Он проявил фанатическое рвение и сказал: "Я не позволю, чтобы его тело несли на мусульманское кладбище, потому что он был еретиком-рафизитом!". И сколько люди ни спорили с этим богословом, тот не внял им. За воротами был сад из земель, принадлежащих Фирдоуси. В этом саду его и похоронили».

Низами Арузи продолжает: «Говорят, у Фирдоуси осталась дочь, чрезвычайно достойная. Дары султана хотели вручить ей. Она не приняла их и сказала: «Мне этого не нужно». Посланцы доложили об этом султану. Он повелел: «Пусть тот богослов, который помешал захоронению Фирдоуси на общем кладбище города, покинет Тус». А те дары потратили на постройку караван-сарая на пути из Нишапура в Мерв».

Вера Фирдоуси
Фирдоуси был мусульманином шиитского толка. Несмотря на патриотизм и любовь к истории и культуре древнего, доисламского Ирана, он был очень привязан к Пророку и его семье и провел свою жизнь с верой и преданностью в сердце. В начале «Шах-наме» в прекрасных стихотворениях он указывал на свою веру еще раз:

Творец вселенной, когда сотворил море,
Вихрь поднял волны из моря.
Когда сотворил семьдесят кораблей,
Все открыли паруса.
Среди них прекрасный корабль, как невеста.
Нарядный, как глаза петуха.
На этом корабле Пророк с Aли,
Все домочадцы Пророка и попечители.
Если в другом мире хочешь попасть в рай,
Встань рядом с Пророком и попечителем.
Если тебе от этого будет плохо, моя вина.
Знай, эта дорога- моя дорога.
Я таким родился и так умру,
Знай точно, буду прахом под ногами Хайдара.


После столкновения с султаном Махмудом, в связи с обвинениями в исповедовании шиизма, Фирдоуси не оставил свою веру и не побоялся угроз султана, даже вновь напал на противников имама Али.

Ради любви Пророка и Али я сказал,
Жемчужины мыслей так много сотворил.
Нет у него врагов, кроме того, кто без отца родился,
Так как Всевышний сожжет таких в огне /за такой поступок.


Мавзолей Фирдоуси в Тусе, провинция МешхедЗначение и положение Фирдоуси
Огромный труд Фирдоуси «Шах-наме» и особенности стиля его стиха скоро стали предметом подражания. Однако никто из поэтов не смог создать произведение такого масштаба. «Шах-наме» в XIII веке было переведено на арабский язык Кавам уд-Дином Бондари и в последующие века также переводилось (в полном объеме или частично) на разные языки мира.

Значение и положение Фирдоуси в поэзии, а также мудрость и этичность его строк, настолько высоки, что некоторые даже считали его «самым знаменитым поэтом истории ислама», и многие поэты, и писатели восхваляли его. Известный панегирист Анвари сказал о нем: «Фирдоуси не просто наш учитель, а мы его ученики, он бог поэзии, а мы рабы его». Низами Арузи также о некоторых его стихотворениях пишет: «Я нигде в персидской поэзии не вижу такого красноречия, да и в большей части арабской поэзии тоже!». Известный ариф и ученый XI века имам Мухаммед Газали, который сам был одним из известных мыслителей в истории ислама, о Фирдоуси и его книге сказал: «Жаль, можно было заменить все мои сочинения этими двумя бейтами Фирдоуси»:

Службу Всевышнему сделай своим занятием,
Подумай о том, чтобы день твой не прошел пустым.
Бойся Бога и не обижай никого,
Это и есть путь спасения, и нет другого пути.


Мавзолей Фирдоуси в Тусе, провинция МешхедМавзолей Фирдоуси
По воле судьбы через некоторое время гробница Фирдоуси стала местом паломничества (особенно для шиитов). Низами Арузи Самарканди в 1116 г., т.е. через сто лет после смерти Фирдоуси, был у его могилы. Амир Доулет-шах Самарканди, автор книги «Тазкират аш-шуара», живший в XV веке, отметил: «Гробница Фирдоуси стала местом паломничества людей». Уже позднее Абдаллах-хан Узбек также проводил на гробнице реставрационные работы, привел ее в порядок, после чего паломники стали посещать место упокоения Фирдоуси еще чаще. В 1908- 1909гг. англичанин Фризер нашел уже давно позабытую могилу Фирдоуси, и через некоторое время в годы правления династии Пехлеви (до Исламской революции в 1979 г. в Иране) над могилой построили памятник, который в настоящее время стал самой важной и известной достопримечательностью в Хорасане.


Доктор Абузар Эбрахими Торкаман, автор книги "Мудрецы Востока"


Posts from This Journal by “Литература Ирана” Tag

Comments

( 76 комментарии — Комментировать )
Page 1 of 5
<<[1] [2] [3] [4] [5] >>
sceptic_rus
Dec. 15th, 2010 09:25 pm (UTC)
Зацвели каштаны в Тусе
Дмитрий Кедрин

Приданое

В тростниках просохли кочки,
Зацвели каштаны в Тусе,
Плачет розовая дочка
Благородного Фердуси:
"Больше куклы мне не снятся,
Женихи густой толпою
У дверей моих теснятся,
Как бараны к водопою.
Вы, надеюсь, мне дадите
Одного назвать желанным.
Уважаемый родитель!
Как дела с моим приданым?"

Отвечает пылкой дочке
Добродетельный Фердуси:
"На деревьях взбухли почки.
В облаках курлычут гуси.
В вашем сердце полной чашей
Ходит паводок весенний,
Но, увы: к несчастью, ваши
Справедливы опасенья.
В нашей бочке - мерка риса,
Да и то еще едва ли.
Мы куда бедней, чем крыса,
Что живет у нас в подвале.
Но уймите, дочь, досаду,
Не горюйте слишком рано:
Завтра утром я засяду
За сказания Ирана,
За богов и за героев,
За сраженья и победы
И, старания утроив,
Их окончу до обеда,
Чтобы вился стих чудесный
Легким золотом по черни,
Чтобы шах прекрасной песней
Насладился в час вечерний.
Шах прочтет и караваном
Круглых войлочных верблюдов
Нам пришлет цветные ткани
И серебряные блюда,
Шелк и бисерные нити,
И мускат с имбирем пряным,
И тогда, кого хотите,
Назовете вы желанным".

В тростниках размокли кочки,
Отцвели каштаны в Тусе,
И опять стучится дочка
К благодушному Фердуси:
"Третий месяц вы не спите
За своим занятьем странным.
Уважаемый родитель!
Как дела с моим приданым?
Поглядевши, как пылает
Огонек у вас ночами,
Все соседи пожимают
Угловатыми плечами".

Отвечает пылкой дочке
Рассудительный Фердуси:
"На деревьях мерзнут почки,
В облаках умолкли гуси,
Труд - глубокая криница,
Зачерпнул я влаги мало,
И алмазов на страницах
Лишь немного заблистало.
Не волнуйтесь, подождите,
Год я буду неустанным,
И тогда, кого хотите,
Назовете вы желанным".

Через год просохли кочки,
Зацвели каштаны в Тусе,
И опять стучится дочка
К терпеливому Фердуси:
"Где же бисерные нити
И мускат с имбирем пряным?
Уважаемый родитель!
Как дела с моим приданым?
Женихов толпа устала
Ожиданием томиться.
Иль опять алмазов мало
Заблистало на страницах?"

Отвечает гневной дочке
Опечаленный Фердуси:
"Поглядите в эти строчки,
Я за труд взялся не труся,
Но должны еще чудесней
Быть завязки приключений,
Чтобы шах прекрасной песней
Насладился в час вечерний.
Не волнуйтесь, подождите,
Разве каплет над Ираном?
Будет день, кого хотите,
Назовете вы желанным".
Баня старая закрылась,
И открылся новый рынок.
На макушке засветилась
Тюбетейка из сединок.
Чуть ползет перо поэта
И поскрипывает тише.
Чередой проходят лета,
Дочка ждет, Фердуси пишет.

В тростниках размокли кочки,
Отцвели каштаны в Тусе.
Вновь стучится злая дочка
К одряхлелому Фердуси:
"Жизнь прошла, а вы сидите
Над писаньем окаянным.
Уважаемый родитель!
Как дела с моим приданым?
Вы, как заяц, поседели,
Стали злым и желтоносым,
Вы над песней просидели
Двадцать зим и двадцать весен.
Двадцать раз любили гуси,
Двадцать раз взбухали почки.
Вы оставили, Фердуси,
В старых девах вашу дочку".
"Будут груши, будут фиги,
И халаты, и рубахи.
Я вчера окончил книгу
И с купцом отправил к шаху.
Холм песчаный не остынет
За дорожным поворотом -
Тридцать странников пустыни
Подойдут к моим воротам".

sceptic_rus
Dec. 15th, 2010 09:26 pm (UTC)
Зацвели каштаны в Тусе - продолжение
Посреди придворных близких
Шах сидел в своем серале.
С ним лежали одалиски,
И скопцы ему играли.
Шах глядел, как пляшут триста
Юных дев, и бровью двигал.
Переписанную чисто
Звездочет приносит книгу:
"Шаху прислан дар поэтом,
Стихотворцем поседелым..."
Шах сказал: "Но разве это -
Государственное дело?
Я пришел к моим невестам,
Я сижу в моем гареме.
Тут читать совсем не место
И писать совсем не время.
Я потом прочту записки,
Небольшая в том утрата".
Улыбнулись одалиски,
Захихикали кастраты.

В тростниках просохли кочки,
Зацвели каштаны в Тусе.
Кличет сгорбленную дочку
Добродетельный Фердуси:
"Сослужите службу ныне
Старику, что видит худо:
Не идут ли по долине
Тридцать войлочных верблюдов?"

"Не бегут к дороге дети,
Колокольцы не бренчали,
В поле только легкий ветер
Разметает прах песчаный".

На деревьях мерзнут почки,
В облаках умолкли гуси,
И опять взывает к дочке
Опечаленный Фердуси:
"Я сквозь бельма, старец древний,
Вижу мир, как рыба в тине.
Не стоят ли у деревни
Тридцать странников пустыни?"

"Не бегут к дороге дети,
Колокольцы не бренчали.
В поле только легкий ветер
Разметает прах песчаный".

Вот посол, пестро одетый,
Все дворы обходит в Тусе:
"Где живет звезда поэтов -
Ослепительный Фердуси?
Вьется стих его чудесный
Легким золотом по черни,
Падишах прекрасной песней
Насладился в час вечерний.
Шах в дворце своем - и ныне
Он прислал певцу оттуда
Тридцать странников пустыни,
Тридцать войлочных верблюдов,
Ткани солнечного цвета,
Полосатые бурнусы...
Где живет звезда поэтов -
Ослепительный Фердуси?"

Стон верблюдов горбоносых
У ворот восточных где-то,
А из западных выносят
Тело старого поэта.
Бормоча и приседая,
Как рассохшаяся бочка,
Караван встречать - седая -
На крыльцо выходит дочка:
"Ах, медлительные люди!
Вы немножко опоздали.
Мой отец носить не будет
Ни халатов, ни сандалий.
Если шитые иголкой
Платья нашивал он прежде,
То теперь он носит только
Деревянные одежды.
Если раньше в жажде горькой
Из ручья черпал рукою,
То теперь он любит только
Воду вечного покоя.
Мой жених крылами чертит
Страшный след на поле бранном.
Джинна близкой-близкой смерти
Я зову моим желанным.
Он просить за мной не будет
Ни халатов, ни сандалий...
Ах, медлительные люди!
Вы немножко опоздали".

Встал над Тусом вечер синий,
И гуськом идут оттуда
Тридцать странников пустыни,
Тридцать войлочных верблюдов.

1935
mar_amirchanyan
Dec. 15th, 2010 09:28 pm (UTC)
спасибо:)
pingback_bot
Dec. 15th, 2010 09:30 pm (UTC)
Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев
User alex_samarkin referenced to your post from Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев saying: [...] Originally posted by at Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев [...]
lekatitza
Dec. 15th, 2010 09:48 pm (UTC)
Я очень люблю эту книгу, и мы дорожим шеститомным переводом на русский язык, который сразу же стал библиографической редкостью. Помню в советское время издавались академические переводы частей Шах-Наме с ориинальным текстом, которые очень хотели приобрести таджики. В Таджикистане говорили тогда, что книги Шах-Наме покупают у контрабандистов за огромные деньги...
zzyzx_rd
Dec. 15th, 2010 09:53 pm (UTC)
Господин Торкаман, благодарю Вас за интересный и познавательный рассказ. Я давно хотел прочитать "шах-наме", а теперь судьба благоволит мне!
matholimp
Dec. 15th, 2010 10:27 pm (UTC)
Это та же самая Туса, в которой родился величайший геометр, оставшияся в истории лишь в качестве героя анекдотов Ходжи Насреддина?
arkaun
Dec. 16th, 2010 07:57 am (UTC)
Да. Но не Туса, а Тус.
pingback_bot
Dec. 15th, 2010 11:52 pm (UTC)
Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев
User an_noor referenced to your post from Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев saying: [...] Originally posted by at Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев [...]
dabavog
Dec. 16th, 2010 06:03 am (UTC)
Спасибо!

П.С. Я, кажется, видел замеюательный список "Шахнаме" в библиотеке мхитаристов на острове св.Лазаря в Венеции
http://ru.wikipedia.org/wiki/Монастырь_Санта-Ладзаро_дельи_Армени
pingback_bot
Dec. 16th, 2010 06:36 am (UTC)
Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев
User a_odin referenced to your post from Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев saying: [...] Originally posted by at Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев [...]
a_odin
Dec. 16th, 2010 06:37 am (UTC)
Спасибо!
jussuf
Dec. 16th, 2010 07:09 am (UTC)
Спасибо за пост,господин Торкаман !
pingback_bot
Dec. 16th, 2010 07:13 am (UTC)
Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев
User jussuf referenced to your post from Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев saying: [...] Originally posted by at Хаким Абулькасим Фирдоуси - гордость иранцев [...]
(Deleted comment)
sajjadi
Dec. 20th, 2010 09:30 pm (UTC)
От всей души благодарю Вас за соболезнование и Вашу радость тому, что террористы были арестованы.
Надеюсь, однажды, очень скоро, истинные организаторы, находящиеся за кулисами этих преступлений, будут наказаны за все содеянное.
62man
Dec. 16th, 2010 11:31 am (UTC)
с большим удовольствием почитал. спасибо
Page 1 of 5
<<[1] [2] [3] [4] [5] >>
( 76 комментарии — Комментировать )

Профиль

sajjadi
sajjadi
Реза Саджади

Календарь

November 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner