October 26th, 2012

sajjadi

Притча от Руми: поручение попугая

Иран, Персия, литература, Руми, Поручение попугаяИстория о купце, который отправился в Индостан, и о поручении, которое дал ему попугай

За то купец один был уважаем,
Что он владел ученым попугаем.

Однажды, собираясь в дальний путь,
Купец из Индостана что-нибудь

В дар по желанию и по заслугам
Замыслил привезти родным и слугам.

Он домочадцев вопросил и чад,
Чему особо был бы каждый рад?

И каждый высказал свое желанье
Хозяину в печальный час прощанья,

Желанье высказал и попугай:
«Когда приедешь ты в мой отчий край,

Скажи всем индостанским попугаям,
Что я разлукой нашею терзаем.

Что, думая о них в своей неволе,
От горя я страдаю и от боли.

Скажи, что я от них совета жду,
Как пересилить мне свою беду?»

«Ты передай им,— продолжала птица,—
В неволе может всякое случиться.

Судьба не равно одарила нас,
И попугаи в свой счастливый час

Пусть, как о преждевременной утрате,
Воспоминают о своем собрате.

О тех, кто страждет, вспоминает друг,
Им облегчает бремя бед и мук.

[Читайте дальше...]
Особо если друга звать Лейлою,
Что о Маджнуне думает порою.

Там где-то и кумир мой пестрокрылый,
Она, кого я звал своею милой.

Я, вспоминая о ее любови,
Пью чашу полную своей же крови.

Пусть, обещанью данному верна,
Меня воспоминает и она.

Пусть в час веселья в память обо мне
Она слезу обронит в тишине».

Купец исполнить просьбу попугая
Поклялся, отчий край свой покидая.

И вот, когда тяжелый караван
Путь одолел и прибыл в Индостан,

Купец увидел птиц счастливых стаю
И вспомнил то, в чем клялся попугаю.

И от того им передал привет,
Кто их не видел много-много лет.

Одна из птиц, исторгнув крик из горла,
Упала вдруг и крылья распростерла.

Решил купец: «В том есть моя вина —
У них два тела, а душа одна.

Во мне несчастья этого причина,
Хоть в том мое незнание повинно.

Зачем никто не вразумил меня,
Что птица павшая — моей родня.

Напрасно я исполнил порученье,
Принес невинным птицам огорченье».

Язык людей — железо, слово — камень,
От их касанья возникает пламень.

Mеж ними нам нельзя вносить раздора
Бахвальства ради или ради спора.

Пусть слово — благо, все же иногда
От слова меньше пользы, чем вреда.

Хоть в поле хлопковом темно, а все ж
Не зажигай огня, иль все сожжешь.

Речь не обдумывают лишь тираны,
Словами подданным наносят раны.

Ведь слово может мертвых оживить
И целый мир в пустыню превратить.

Бывает, что одно и то же слово
Терзает одного, целит другого.

Чем путь земной твой ни был бы отмечен,
Воздержан будь во всем, тем боле в речи...

Mеж тем торговлю завершил купец
И в отчий край вернулся наконец.

Припомнил он пред тем, как возвращаться,
Желания всех чад и домочадцев.

«Свершил ли то, что я тебя просил?» —
Так попугай хозяина спросил.

Сказал хозяин: «Что просил, свершилось,
Хоть ваша тайна мне и не открылась.

А сам я каюсь, что дурную весть
В край индостанский взялся я принесть.

О том, как сердце у тебя томится,
Тебе подобным рассказал я птицам.

И, сострадая боли и неволе,
Одна из птиц, упав, не встала боле.

Как бы о птице я ни сожалел,
Что мог я сделать, глуп и неумел?

Пустивши слово, как стрелу из лука,
Ни смысла нам не возвратить, ни звука.

Нам удается обуздать обвал
В горах, пока он силы не набрал».

Рассказ услышав, попугай ученый
Поник внезапно в клетке золоченой.

Он задрожал, упал и замер странно,
Как родственник его из Индостана.

Узрев, что птице наступил конец,
Чалму поспешно размотал купец.

И, потеряв последнюю надежду,
Он с горя начал раздирать одежду

И причитать: «Ты был сладкоголос,
Зачем же нынче горе мне принес?

Ужель теперь вовек мне не случится
Твое услышать пение, о птица?

О мой любимец, о мой райский сад,
Ужель, уйдя, ты не придешь назад?

Таких, как ты, созданий без изъяна
Быть не могло и в рощах Солеймана.

Хоть я тебя задешево купил,
Ты был и дорог мне и сердцу мил.

Недаром говорят: у дурака
Нет горя больше, как от языка.

О мой язык, страдаю каждый день я,
Но исполняю все твои веленья.

Ты — и добро, что дом мой наполняет,
И кара, что огнем его сжигает.

Ты иногда мой самый первый друг,
И иногда — беда моя, недуг.

Губящий и спасающий меня
Сам и добыча ты и западня.

Порой посредник ты, стена порою
Меж истиною и моей душою.

Ты, натянувши ненависти лук,
Мне в грудь свою стрелу направил вдруг,

Когда в саду разлуки и насилья
У бедной птицы опустились крылья!

Иль скрылась птица на пути далеком
Oт завершенья странствия к истокам?

Она отвергла совершенства путь,
Где познается жизни смысл и суть.

Я понимаю: в том моя вина,
Зашла за тучи ясная луна.

А возжелавший крови лев разлуки,
Ее забрав, меня обрек на муки».

Купец, лия потоки горьких слез,
Немало слов невнятных произнес.

Бывает: чтоб на дне не очутиться,
За щепку тонущий готов схватиться.

Он тщится руки из воды тянуть,
Надеясь, что поможет кто-нибудь.

И правда, лучше биться безнадежно,
Чем с тем смириться, что принять неможно.

Весь день слезами исходил купец,
Но все ж угомонился наконец.

От мертвой птицы он очистил клетку,
А та возьми да и вспорхни на ветку!

Так высоко, что солнце в изумленье
Вдруг замерло, прервав круговращенье.

И сам купец остолбенел в тот миг,
Но тайны попугая не постиг.

Спросил купец: «Скажи, какою ловкой
Ты ныне ослепил меня уловкой?

Какой тебе, затмив пред нами свет,
Собрат из Индостана дал совет,

Что сам принес я, сто стерпев невзгод,
Себе в убыток, а тебе в доход?»

«Мне весть из дальних стран прислали братья,
Чтоб перестал вас пеньем услаждать я.

Закон для попугаев с давних пор:
Чем звонче голос, тем прочней запор.

И, мертвым притворившись, может быть,
Дал знак мне брат, как должно поступить.

Прощай, хозяин мой, твоя забота
Меня от пут избавила и гнета».

Сказал купец: «И ты передо мной
Открыл своим поступком путь иной.

За то храни тебя господня милость,
Что предо мною Истина открылась.

Ты дал урок мне, а теперь прощай,
Мой в Индостан летящий попугай!»

Перевод: Наума Гребнева



sajjadi

Исфаханский базар

Иран, Исфахан, базар

Исфаханский базар один из древнейших и крупнейших базаров Ближнего Востока. Первые упоминания о нем относятся к XII в., но нынешний чудесный комплекс пассажей с прекрасными порталами был построен при шахе Аббасе I (XVII в., династия Сефевидов).

В целом, базар представляет собой 2-километровый пассаж под летящими сводами. Он состоит из двухэтажных крытых галерей и соединяет исфаханский «старый город» с новым. Базар расположен в самом сердце Исфахана, в северной части площади Нагше-Джахан. В длину площадь составляет 510 м, в ширину – 163 м, что делает Нагше-Джахан второй по величине исторической площадью в мире (после пекинской Тяньаньмынь). Некогда шах с балкона дворца наблюдал за тем, как придворные на конях играли в «чоуган» (иранский вариант поло). Сегодня же по площади, вокруг фонтанов, лошади катают туристов в экипажах.

Иран, Исфахан, базар

Иран, Исфахан, базар

Сувенирный базар, где можно воочию понаблюдать за работой ремесленников, которые целые дни напролет расписывают, чеканят, инкрустируют свои товары – лишь верхушка айсберга. Если вы зайдете на базар со стороны ворот Кейсарие, то вам встретится масса интересных магазинчиков, где торгуют самоварами, специями, сухофруктами, тканями, ювелирными изделиями и т.п. Продолжая двигаться вглубь базара, вы, в конце концов, доберетесь до Соборной (Пятничной) мечети (Месджеде-Джаме). Она является старейшей в Исфахане и одной из древнейших в Иране ( самые старые части сооружения датируются 908 – 932 гг., самые новые – XVII в.) и остается центром духовной жизни города. Здесь можно проследить за тем, как строились и украшались мечети на протяжении всей иранской истории – каждая эпоха оставила тут свой след: Буиды, Сельджуки, Ильханиды, Тимуриды, Сефевиды... Комплекс также включает медресе, караван-сарай, библиотеку. Общая площадь мечети составляет 21 000 кв. м.

Иран, Исфахан, базар

Если же пройти по базару вокруг площади, вы сможете посетить самые знаменитые ныне здания Исфахана – мечеть Имама, мечеть шейха Лотфоллы и дворец Али Капу.

Мечеть Имама строилась 8 лет (1611 – 1619) и стала вершиной сефевидского зодчества. Великолепие красок (практически все поверхности покрыты расписанными вручную изразцами) и совершенство структуры здания не имеют себе равных. Над ним работали лучшие архитекторы, лучшие художники и лучшие каллиграфы своего времени. Комплекс мечети включает множество залов и два медресе.

Иран, Исфахан, базар

Необычную, «камерную» Мечеть шейха Лотфоллы с кремовым куполом (1602 – 1619) шах Аббас I построил для своего свекра - одного из известнейших шиитских теологов того времени. Здесь нет ни минаретов, ни традиционного двора – ведь предназначалась мечеть исключительно для шаха и его жен. От красоты изразцов захватывает дух, а темный коридор выводит посетителей под светлый купол, создавая поразительный контраст.

Иран, Исфахан, базар

Дворец Али-Капу, покрытый удивительными настенными росписями шах Аббас возвел для себя еще в 1597 г. Шах боготворил шиитского имама Али, и потому в новый дворец специально перевезли дверь из гробницы имама в Наджафе (Ирак). Любой, входящий в ворота дворца, обязан был сойти с коня – включая шаха. Дворец производит впечатление и сегодня, хотя многие фрески пострадали от времени. Обязательно поднимитесь на веранду, чтобы полюбоваться сверху на Нагше-Джахан.

Иран, Исфахан, базар

Кроме того, на базаре вас ждет несколько традиционных персидских ресторанов и чайных. Но не забывайте, что во время обязательной базарной сиесты (с 14.00 – 15.00 до 16.00 – 17.00), большая часть магазинов и ресторанов закрыта. А главное: обязательно торгуйтесь! Как можно прийти на персидский базар и не торговаться? Для многих – это самое интересное во время совершения покупок!

Посты на похожие темы:
Экскурсия по Исфахану
Антикварный базар в Исфахане
Поло («чоуган») – иранский вид спорта
Искусство хатама
Иранская эмаль (минá)
Искусство персидской чеканки (галамзани)
Персидский ковер
Персидское искусство (мошаббак, аламат, миниатюра)

Collapse )